В начало... » Ловушки психики » Предложение и спрос на рынке общения

Коммунизм не вечеринка
Временами восхищают меня штандарты, флаги и прочие хоругви, носимые толпой туда-сюда без попытки разобраться: что ж я такое на плечах своих таскаю? Вот, например, бесконечные похвалы в адрес толерантности и открытости. Глубоко терпимые люди, у которых руки в вечно раскрытом объятье зафиксированы, отчего-то считаются по умолчанию лучше переборчивых и нелюдимых. Хотя чем выше спрос, тем товар дороже — закон непреложный, экономический, а они, равно как и законы природы, игнору не поддаются, советской властью проверено. Следовательно, высокая потребность в общении и готовность общаться с первым встречным приводят к чему? К тому, что ты не очень-то нужен даже отъявленному экстраверту, не говоря уж о баловнях публики, роющихся в предложениях любви и дружбы, «как в сору» (с).

К тому же многие путают открытость и откровенность. Будучи человеком закрытым и вместе с тем откровенным, могу сказать, как это работает: мне просто пофиг чужое мнение. Без позерства и подавленного желания нравиться. Нравиться — часть моей работы, поэтому для меня НЕ стараться понравиться — роскошь, от которой я нипочем не откажусь. Если я о чем-то рассказываю в своем блоге, мне без разницы, как это интерпретируют досужие умы. Но в то же время я не готова слушать и слушаться этих умов, поэтому любую попытку критики или нравоучения пресекаю сразу.

До того, как оказаться на рынке общения, в вирте я знала совсем другой сорт общения. В реале, где никакой открытости себе лучше не позволять. Ты можешь натренировать солнечную улыбку и умение сочувственно спрашивать: «Ну как ты?», но раскрываться перед незнакомым и непроверенным человеком боже тебя упаси. Да и откровенность в реале дорого обходится. Даже случайных попутчиков лучше в конфиденты не брать, а то как бы не обнаружить историю своей жизни выложенной в сеть. Причем с такими подробностями, по которым опознать тебя будет нетрудно.

С развитием мировой сети теория шести рукопожатий работает все лучше и лучше, но не могу сказать, что это радует. Добраться до человека, сообщить: привет, я седьмая вода на киселе вашей беспаспортной горничной-мексиканки, мистер Клуни! — вовсе не значит завести знакомство с мистером Клуни. Ответом скорее всего будет не слишком завуалированная просьба исчезнуть и больше на жизненном горизонте не возникать. А если усилить прессинг, то и до судебного предписания дойдет — не приближаться, какая бы острая потребность в контакте тебя ни мучила.

Таков статус открытости в свете развития виртуальных связей: развитие технологий влияет на нее так же, как сексуальная революция на потребность в сексе. То есть контакты упрощаются, но собственно нужда не растет и расти не собирается, поскольку она часть человеческой природы, а не дитя технологий.

Зато с откровенностью все изменилось прямо на глазах.

В вирте мы словно едем в бесконечно длинном поезде: рассказываем соседям по купе лишнего, потом переходим в следующее купе, а когда переберем все купе в вагоне, идем в новый. Или в вагон-ресторан, горло промочить. В реале и поезд не так чтобы очень длинный, и катаемся мы в нем постоянно, уже не только проводникам примелькались, но и с половиной пассажиров заочно знакомы. Оттого вирт кажется намного безопасней, удобней, вариативней реала. Но и он конечен, что бы мы себе ни выдумывали насчет виртуальной вселенной.

Я не удивляюсь, если мне о новом комментаторе пишут: а, юзернейм такой-то? Он тут был замешан в истории одной… Или: есть у него одна скверная привычка… Или: он лежал в больнице сама понимаешь с каким диагнозом… Что поделать, между мною и пресловутым юзернеймом не больше шести купе. И я наверняка узнаю о нем больше, чем мне хотелось бы. А он — обо мне.

Если юзернейму пофиг мое мнение о его персоне (как, напоминаю, мне пофиг его мнение о моей), то мы, возможно, попросту сэкономим время на апробации друг друга. Я буду знать, где его зоны уязвимости, он узнает про мои, и мы постараемся не тыкать в них пальцем без желания причинить боль. Или ткнем сразу и со всей дури, чтобы больше не встречаться, а встретившись, не раскланиваться. Ну а если юзернейм желает выглядеть в моих глазах Терминатором? Если ему не хочется, чтобы про его слабости знали? Тогда, получается, ему стоило бы молчать в каждом из шести купе, пока остальные пассажиры висели друг у друга на ушах и сморкались в шейные платки. Формировать МОЕ мнение о себе юзернейм должен, начиная с собственного круга общения — вдруг там прячется двойной агент?

Рынок общения на том и стоит, что здесь любой может измазать соплями любого. Поэтому работа на собственный имидж, когда все вокруг расслабляются, сродни выплясыванию самбы на платформе во время карнавала: эффектно, почетно, но вдвойне утомительно, при виде счастливо-пьяных зрительских рож.

Хотя больше всего веселят те, кто и на вечерине дурака повалять норовит, и основоположником притвориться. Конфуцием и Марксом в одном флаконе. Так и хочется спросить: может, ты уже определишься с приоритетами, заинька? А то после того, как ты слизывал соль со стриптизерши, закусывая текилу, и пел караоке My humps, сопровождая пантомимой, мне трудно относиться к тебе как к отцу русской демократии. Даже не проси. И тем более не требуй.

поделиться:
  • Добавить ВКонтакте заметку об этой странице
  • Мой Мир
  • Facebook
  • Twitter
  • LiveJournal
  • MySpace
  • FriendFeed
  • В закладки Google
  • LinkedIn
  • Reddit
  • StumbleUpon
  • Technorati
  • del.icio.us
  • Digg
  • БобрДобр
  • MisterWong.RU
  • Memori.ru
  • МоёМесто.ru
  • Сто закладок
  • Блог Я.ру
  • Одноклассники
  • Blogger
  • email
  • Add to favorites
  • RSS
  • Yahoo! Bookmarks
  • Блог Li.ру

25 Май, 2013 в 8:19