В начало... » Сказки для самых взрослых » Секреты злодейского обаяния, или Как понравиться зрителям

Strip_Poker_by_darknatashaТрехголовый любил поспать. Ему хорошо спалось зимой, когда мир вокруг превращался в белую-белую перину, хорошо спалось весной, когда перина проседала серыми неопрятными комьями, исходя паром и талой водой, хорошо спалось летом, когда солнце раскаляло камни, словно печь, а в глубине пещеры было по-прежнему прохладно. А уж как спалось осенью, под курлыканье улетающих птичьих стай!

Единственно, когда Трехголовому не спалось — когда его будили. Люди, например. Например, платиновые блондинки в бронелифчиках и с большими… амбициями. Уверенные, что если меч не протыкает чешую, то можно попробовать перепилить. Чешую. Мечом.

— Ну чего тебе, детка? — приоткрыл глаз Старший.
— Я тебе не детка, я Церетелия Непобедимая! — воскликнула детка. Была она свежая, крепенькая и кислая до оскомины. Как яблочко.
— Вижу, что Церетелия, — вздохнула старшая голова. Остальные еще только просыпались, позевывая и похрустывая позвонками затекших шей. — Убивать, чай, пришла? А чего с ранья-то? После обеда убивать уже немодно?
— На моем мече кровь сотен драконов! — взвизгнула воительница.
— Так надо ж мыть, — округлил глаза Средний. — Что за антисанитария, ты же девочка!
— Кто девочка? — Церетелия перешла на ультразвук. — Я девочка?
— А кто скажет, что это мальчик? — хихикнул Младший.
— Ну не знаю, не знаю, — с наигранным сомнением протянул Старший. — Мало у нас тут рыцарей-трансвеститов перебывало? Начнет как воин, кончит как баба. Соплями и обещаниями отомстить.
— А в лифчик можно и ваты напихать! — некстати заметил Младший. За что получил несильную оплеуху от Среднего и радостно показал тому язык.

Дракон вел себя, точно целый класс малолетних хулиганов: отпускал неприличные шуточки и делал неприличные предположения насчет мерисьи, прибывшей, как Трехголовый давно просек, вовсе не за очередной порцией драконьей крови. Странная робость, не имеющая ничего общего с туповато-нагловатой рыцарской повадкой, сквозила в поведении Церетелии Непобедимой. И драться она в ответ на издевки не полезла, лишь переводила взгляд с одной головы дракона на другую, явно не слушая подколок и думая о своем. Или собираясь с духом. Собиралась-собиралась, пока не собралась.

— Мне не кровь твоя нужна, мне твой совет нужен! — вдруг выпалила воительница. — Практический!
— У! — обрадовалась средняя голова, которую хлебом не корми, дай насова… насоветовать кому-нибудь чего-нибудь. — И в какой области совет?
— В области женской мудрости, — смущенно пробормотала Церетелия.
— Че-го? — хором обалдели Младший и Старший, а Средний неприлично заржал.
— Племя амазонок узнало от кентавров, что ты… в общем, узнало, какого ты пола…
— Ясно, — закатила глаза старшая голова, — Ржевский-Копытный проболтался. Мерин сивый. И что, теперь ко мне начнут ходить, словно в женскую консультацию?
— Да подожди ты ныть! — непочтительно оборвала Старшего младшая голова. — Дай девушке сказать. Девушка, а что конкретно вас интересует?
— Отрицательное обаяние! — выпалила Церетелия, боясь, что ей больше не удастся вклиниться в беседу дракона с самим собой. — Я хочу узнать, как мне стать… ну, стервой, в общем.
— И стервее меня, знамо дело, никого в округе нету! — съехидничала старшая голова. Остальные благоразумно промолчали.

Трехголовый призадумался. Церетелия явно не тянула на то, чтобы из хорошей девочки в бронелифчике не по размеру с ходу превратиться в хитропопую вамп, крутящую своим тайным оружием исключительно в собственных интересах, а не во имя Победы Добра, или защищая Честь Клана, или ради Славного Имени, или еще какого-нибудь фуфла с большой буквы. Маловато у девчонки было мозгов, да и своих интересов не нажила еще, одни родовые ценности в башке.

Опять же, драконовский объем отрицательного обаяния ни в какого воителя не впихнешь, не говоря уж о воительнице — порвет в клочки. Некоторые вещи можно вместить в себя лишь постепенно, живя с ними, взрослея и старея, пока ты не приноровишься к ним, а они не врастут в тебя.

Несмотря на общую нелюдимость, Трехголовый замечал: многие племена только и делали, что проповедовали мудрость своих жриц и жрецов, которая, если слушать особо яростных адептов, была самой что ни на есть дистиллированной, апробированной и патентованной истиной. Хотя, на драконий взгляд, густопсовый амазоночий феминизм принципиально не отличался от вечно булькающего мизогинизма кентавров, а творчески-жертвенные идеи креаклов плавали так же мелко, как и жертвенно-семейные ценности домостройцев. И так же не тонули в силу некоторых своих, гм, особенностей.

Единственное, что в глазах Трехголового имело значение — это эгоизм. Нормальный такой, жизнью выпестованный эгоизм, приправленный индивидуализмом и основанный на понимании простой (исключительно на первый взгляд) вещи: твоя жизнь только твоя. Никто не предоставит тебе средств к самопознанию, уж больно дорого те средства окружающим обходятся. А результаты, кстати, еще дороже. И с каждым годом ставки все выше.

О, какая мысль!

— Ты куда карты дел? — ласково поинтересовался Старший у Младшего.
— В задницу! — не преминул нагрубить Младшенький.
— Доставай, — хладнокровно кивнула старшая голова. — Будем играть в стрип-покер.

Церетелия Непобедимая, выпуча глазки, сделала попытку осесть без чувств, но Трехголовый, аккуратно придержав воительницу когтем за лямку бронелифчика, пояснил:

— На мудрость. Поскольку у тебя ее небогато, то ты играешь на раздевание, а поскольку с меня снимать нечего, кроме шкуры, то я играю на советы. Согласна?

Кое-какой боевой дух в молодой амазонке имелся. Она храбро поставила на кон левый сапог и заглянула в доставшиеся ей карты.

Младшая голова, как бы скучая, принялась разглядывать глыбу черного обсидиана, заменявшую пещере потолок и отполированную драконьей спиной до гладкости. Вечерело, Средний, дохнув, поджег десятки свечек, расставленных по скальным выступам, и в обсидиановом зеркале отразились карты малышки Церетелии — так отчетливо, будто они лежат на земле.

Учить и учить кретинку! — пришла во все три головы не то ехидная, не то усталая мысль.

Прошло, по драконьим меркам, всего ничего, но если судить по тому, как сидя засыпала глупая Церетелия, всего ничего составило минимум трое суток. Трехголовый старательно проигрывал, но амазонке таки пришлось снять свой украшенный шрамами и наградами предмет боевой консумации.

— Ну а теперь ты чувствуешь себя — собой, а не боевой единицей? — поинтересовался дракон. — Без этой железяки? — И Трехголовый потряс бронелифчиком, точно детской погремушкой. — Появились какие-нибудь ЛИЧНЫЕ желания?
— А пошли все… — пробормотала Церетелия, сворачиваясь клубком. — Задолбали… Исполняй долг, слушай повеления, добывай артефффф… — последнее слово перешло в тоненькое посвистывание и невнятное бормотание. — Своим умом жить хочу… и спать… тоже… хочу. Очень.
— Спи! — великодушно разрешил дракон, накрывая воительницу ее собственным плащом, выигранным сразу после сапог. — Вот проснешься — еще сыграем. В правду или вызов. Научишься не врать себе — выйдешь другим человеком… детка.

Трехголовый всегда считал: главное в обаянии — не платить навязанных тебе чужих долгов. Ну и спать побольше. Тогда и в пятьсот лет будешь выглядеть на триста.

Потоптавшись по кругу, словно кот, дракон свернулся клубком, подгреб под себя кучу смятых до неузнаваемости рыцарских доспехов, пристроил все свои головы на кучу железа, будто на самую мягкую подушку — и захрапел в унисон с Церетелией Непобедимой. Впоследствии прославившейся как Эта Стерва Церетелия.

поделиться:
  • Добавить ВКонтакте заметку об этой странице
  • Мой Мир
  • Facebook
  • Twitter
  • LiveJournal
  • MySpace
  • FriendFeed
  • В закладки Google
  • LinkedIn
  • Reddit
  • StumbleUpon
  • Technorati
  • del.icio.us
  • Digg
  • БобрДобр
  • MisterWong.RU
  • Memori.ru
  • МоёМесто.ru
  • Сто закладок
  • Блог Я.ру
  • Одноклассники
  • Blogger
  • email
  • Add to favorites
  • RSS
  • Yahoo! Bookmarks
  • Блог Li.ру

17 Апрель, 2013 в 17:52