В начало... » Всё из: "Уголок гуманиста"

В прошлом и более раннем постах зашла речь о написании подложных рецензий. Ну а как еще это назвать? В первую очередь мошенники этого разряда решают для себя, каким образом можно запудрить мозги заказчику (на читателя им наплевать и всегда будет наплевать): через суемудрие, блядословие, истерику или дидактику? Каждый способ имеет свои преимущества. Есть тонкие (с корабельное бревно) манипуляции общественным мнением: мы-то, критики, знаем, отчего вам не нравится этот аффтар! 1. Вы завидуете его успеху — его, в отличие от вас, печатают, награждают... читать дальше

Во второй части разбора хочу поговорить о том, как делаются книги за пределами собственно книг. То есть книга как бы есть, но ее как бы и нет, пока «авторитетный критик» не втюхает ее вам как товар «авторитетного члена нашей тусовки». Однако сначала веселое: давненько на меня не нападало сразу столько анонимусов с пустыми журналами — причем с именами были только какой-то petroskon (полторы тысячи комментов без единого френда и единого поста) и какой-то Рыгор (да, его так и звали!) Бабаев (тоже пустой «вконтактик»). Дальше шли совсем уж безымянные... читать дальше

В Сети можно наткнуться на что угодно, о чем вы имеете самое смутное представление (как говорится, слышал звон); феномен Баадера-Майнхоф здесь работает как часы. Вы регулярно получаете информацию о людях и событиях, о которых предпочли бы забыть навсегда — и забыли бы, не лезь тот феномен Баадера-Майнхоф из всех щелей. Напомню, что явление получило свое название четверть века назад, когда одна американская газета опубликовала историю читателя: его знакомый в течение суток дважды услышал о ранее неизвестной ему банде Баадера-Майнхоф, немецкой... читать дальше

Одна из тех проблем, что бывают заметны сразу после своего появления, однако со временем переходят в разряд незаметных — все привыкают, решают, что так и должно быть — это проблема «авотуменяторства» в искусстве. На первый взгляд автор, скажем, фантаст пишет о вещах небывалых, создает героев невиданных, а приглядишься: сплошное «а вот у меня». Отсюда и толпы рефлексирующих бывалых спецназовцев, рыцарей и вождей кочевников, образу которых явно пошли бы цветастые кедики, айфоны и стаканчики смузи. С одной стороны, общеизвестно (хотя кто... читать дальше

De mortuis aut bene, aut nihil — следуя этому принципу пришлось бы всю мировую историю выбросить на свалку и заменить слащавым враньем (что периодически и делается). Или про большинство «гениев и светочей» после их кончины придется молчать. И не обязательно скорбно, а скорее всего интригующе, эдак по-булгаковски: «Толстые щеки этой гражданки как будто изнутри распирало еще больше какою-то пикантной тайной, в заплывших глазках играли двусмысленные огоньки. Казалось, что вот-вот еще немного, и гражданка, не вытерпев, подмигнет на покойника и скажет: «Видали... читать дальше

От нечего делать провела эксперимент на человеке. Меня всегда интересовали психологические ритуалы. Есть у людей пристрастие ко всяким табу, иногда личным (это, как правило, нечто фрейдистское — ну, или юнгианское); но чаще коллективным. Вливаясь в некое сообщество, неофиты проходят обряд инициации откровенно идиотскими гейсами. Так в старину в Ирландии называли странные до нелепости запреты, окупающие добрым людям удачу, а преступникам даденные в качестве наказания: не пить молоко черных коров, не спать головой на север, провести ночь со всеми... читать дальше

Самый неприятный месяц года — ноябрь. Ни надежды на возвращение тепла (а если оно и вернется, то никому от неожиданного потепления не поздоровится — сдуру зацветут первоцветы, проснутся мелкие и крупные зверушки, чтобы потом массово страдать, когда неотвратимо, но как всегда неожиданно грянут холода). Ни пушистого, кутающего одеялом снега (ложится он красиво, словно белотелая барыня во взбитые перины, но надолго снежной роскоши не хватает, уже через пару часов — кислая грязь под грязной зеленью). До «мороз и солнце, день чудесный» как минимум... читать дальше

Из интервью тогда еще вполне свежего букеровского кавалера А. Снегирева: «— Александр, насколько я знаю, у вас есть две версии «Веры»: одна вышла в журнале «Дружба народов», другая — книгой в издательстве «Эксмо». Какую лучше читать? — Безусловно, ту, что в «Эксмо». «Вера» вышла в журнале с очень плохой редактурой и корректурой. После этого даже уволили, как я слышал, корректоров. Это версия, за которую мне неловко. Но вот издательство «Эксмо» — я слышал, к нему относятся по-разному и с высокомерным снобизмом — но на самом деле ни одна запятая... читать дальше

Какой, однако, свет надежды на лучшее горит в очах у современных… как бы это помягче сказать… ответственных за позитивный настрой населения! Особенно почему-то в отношении литературы. Где положение дел ну очень хреновое. Толпа хвалитиков бегает кругами, точно всполошенные куры, оставляя характерные для них кучки терминов в качестве статей про великую современную литературу. Современную, но великую. Великую, но современную. И все хором призывают: дорогу молодым! (Это сорокалетние-то мужья-зятья-сыновья писательниц молодые? Жены-любовницы-дочки-внучки... читать дальше

Помню, как в 90-е книжный дефицит сменился мнимым изобилием… (Ассортимент все-таки был беден и однообразен, хотя казалось, что на книжный рынок наконец-то хлынула лавина новинок — да только были те новинки, мягко говоря, не новы. «Молодая была немолода».) У литературы был хороший шанс! Который наши культуртрегеры дружно просрали. Подняв на штандарт каких-то довольно средних аффтаров (из коих со временем выползли нынешние лауреаты «Золотых Малин», «Серебряных клюкв» и «Титановых абзацев»), они сделали выбор, разойдясь с верной... читать дальше