В начало... » Уголок гуманиста » Садиконациста возвращается


Порою френды произносят такие простые  и разумные вещи, каких я, человек, измученный нарзаном литературного процесса, уж и не выговорю. «Тем, кто решил подзаработать на литературе, эта область представлялась неким способом выкачивания бабла из воздуха. Примерно как в том анекдоте про проститутку: «- А почему вы решили стать проституткой? — Но как же! Вот у вас есть нечто. Вы его продаёте — но у вас опять есть это нечто», — пишет Омега. И ведь к зарабатывающим на продаже воздуха относятся как издатели, так и писатели.

Последние, как видно, верят, что Википедия с ее связанными-перекрестными ссылками, фото из интернета, компьютерные игрушки и немножко порева позволят родить коммерчески успешный (!) шедевр. Многие даже покровителей себе находят — слишком старых и равнодушных, чтобы читать, кому они там покровительствуют, или слишком климактерично-истеричным, чтобы оценить текст. Этакий престарелый дядюшка и предобрейшая тетушка, всем рекомендующие своего никчемного племянника.

Недавно одна такая тетушка, критикесса О. Балла вся извелась, восторгаясь творчеством некого юного дарования. «Гипнотическая проза!» Действительно, нечто гипнотическое в этом есть. Меня прямо-таки окаменила цитата из романа сего дарования: «Исходившая от оккупантов незримая хмарь поражала своей цепкостью: черной тучей хомутала людские головы, эпидемией пеленала все живое, срывала с цивилизации ее покровы, зевала во всю пасть, обнажая первобытные, исконно-звериные клыки, прописанные в каждом члене потеющего, алчущего тела коды, языческие алгоритмы». Невольно вспоминается прохождение теста Роршаха героем фильма «Анализируй это»: «Писька! Но с зубом».

Члены с клыками (кое-где прописанные), незримая хмарь (невзирая на незримость, имеющая вид черной тучи), пеленающая эпидемия (ну прямо мать родная) и как вишенка на торте — алчущие алгоритмы (в членах, по соседству с клыками, надо понимать). Апокалиптическое прибытие сразу во многие города Земли враждебной расы с завоевательски-погромными намерениями.

Писатель пытается ужаснуть публику картинами зверств в городах, отданных на поток и разграбление, а над ним жестоко стебутся:
«Свои клыки вонзая в члены
Он не упустит никого,
И семя, смешанное с кровью,
Точится из груди его»
.
Что за легкомыслие! Господа писатели, критики и просто издевающиеся! Это же серьезная книга! Про холокост — а именно про восстание в варшавском гетто. На «Нацбест» номинировано, штучная вешч!

Новые строки (надеюсь, не бессмертные): «…вот по миру шагает ошалевшая, неистовая армада – доморощенный, обласканный политическими опахалами сатана облизывает губы и сшибает города своими лапами, роет могилы и прячет-прячет под землю миллионы людских голов, засыпает, как желуди. Отпущенная на волю из глубины, из первобытных расщелин, освобожденная от цепи гадина бороздит рогами землю, алчет крови и разрушения, насилует землю стальным хвостом и когтями, оставляя на корке планеты в веках не зарастающие рубцы и трещины. Земной шар хрустит под этим натиском, как яйцо, дрожит и осыпается, а тварь-чудовище знай себе плещется и кувыркается, жрет человечину». И тоже восхищусь доморощенным сатаной, которого ласкали политическими опахалами, после чего спустили с поводка, дабы зверушка хвостом насиловала что придется и после изнасилования плескалась в желудях. Ассоциации почему-то далеки от политических, ой как далеки. К чему они ближе? К незабвенной (или забвенной?) «садиконацисте».

Вспоминаются фильмы 70-х в антураже, который сами итальянцы называли «садиконациста». Фашизм, военная форма, ремни, портупеи, фуражки, секс-рабство, множество запуганных голых парней и девок, атмосфера борделя, существенно улучшенная невинностью персонала. Неудивительно, что дарование сделало стойку на «дважды актуальное»: холокост же! и порнушка. Прочтут и апологеты еврейства, и любители жанров, на фикбуке именуемых «слейв» и «гуро».

И таки да, опять фикоперство со всеми онерами: между сценами убийств и изнасилований («Иван вытащил нож, посмотрел на рукоять — с него стекала сперма пополам с кровью») мелькают аццкие сотоны в опахалах — политических опахалах! А также «грациозные стены» с «безмозглыми лабухами, сиречь обухами» («А в ночь с 30-го на 31 мая Королевские ВВС разбомбили Кельн: около тысячи самолетов вытряхивали из города жизнь, трепали его, перетирали в бетонную труху с таким остервенением и упоением, будто не немецкие солдаты, не одичалые от нацистских идей фельдмаршалы, не бесноватые вожди-садисты, а сам прекрасный древний город топтал и истреблял человечество. Ненависть эта была не лишена справедливости: грациозные стены испепелялись за то, что породили весь этот людоедский выводок SS, всех этих осатанелых теоретиков-патриотов и бесчисленные серые орды простых солдат, безмозглым, послушным обухом лупцующих все живое»). Чьи уши из «шедевра» торчат? Прохановские и садикнацистские.

Однако рекомендации маститых писателей и известных (не будем уточнять, чем именно известных) критиков сработали. Дарование с его слейв-гуро-фикопоревом было номинировано на «Нацбест». Совершенно так же, как упитанная упырица Одинокова, упорствующая в заблуждении, что она Упырь Лихой и пишущая про инцест и содомию меж братьев-хохлов, живущих во грехе видеоблогерства москалям на извращённое потешение. Что там бедному хохленку москаль с «нетипично крупным для русского членом» (c) на лицо мочился, пока американец наблюдал за золотым дождем с сочувствием (вот оно, бремя доброты белого человека! и не подрочишь на порево); что тут сотоны аццкие насилуют кого ни встретят в стиле «Ночного портье» и «120 дней Содома».

Недобрые отклики от нацбесовских критиков (неужто Левенталь не вступился? помнит, как был порот за панегирик Шарикову, э-э-э, то есть Упырю-трансгендеру?) не сломили аффтара. Тем паче, что актуально-садиконацистская шизофазия была тиснута издательством «Рипол-классик». Как я уже не раз замечала, успешно начавшие восхождение (а может, нисхождение) в литературу графоманы вторые свои шедевры пишут как римейки первых — подтверждение тому и Колядина, и Сальников, и Николаенко… Притом, что за самоповтор им непременно прилетит. В том числе и от тех, кто первую шнягу рекламировал и рекомендовал. Бог весть, отчего так! Вероятно, критики чувствуют, что за повторную рекламу подобной херни их и самих похерят как информаторов.

Однако следующий опус был написан и… снова тиснут. В «Дружбе народов», откуда сбежал престарелый главред и где ныне правит бал любитель бородачей, в бороду которым можно и пописать, А. Снегирев. Ну и поклонницы его энурезной самцовости, очевидно. Как им всем не приветить собрата?

Итак, очередной пост Елены Иваницкой рассмешил до глубины души (вот уж перловка так перловка!): «Помните, друзья, смеялись мы тут над текстом юного дарования про Варшаву? Юный автор продолжение сваял. Про Москву. Читаем: «Долго таскал по комнате за волосы, привязал обеими руками к батарее, изнасиловал и, раздвинув ноги, затолкал во влагалище рукоять ножа». Опять насилие, опять связывание, опять ножи в непоказанных местах… «и семя, смешанное с кровью, точится из груди его». Аффтар не прогрессирует. И вообще с места не сходит. Правильно говорят айтишники: работает? не трожь!

«И затем: «Арина ощутила языком, как прохладная и липкая резина стала горячей и пульсирующей — щедро выплеснувшееся семя, схваченное резиной, расплылось на языке приторным комочком».
…привязал обеими руками… рукоять… семя расплылось комочком… Уметь надо! Вот как умеет юное дарование!»
Кажется, здесь и сказать больше нечего. Всё уж сказано. Разве что подивиться вкусу семени. Я, конечно, понимаю, натуралам оно неведомо, но задуматься, откуда в сперме столько сахара, чтобы превратить ее в сироп — мозги вскипят, писатель? Да и откуда это самое семя расплывется хоть комочком (оно ещё и гелеобразное!), хоть лужицей, когда насильник в презервативе (заботливый такой… предусмотрительный) — растворит резину?

У меня одна версия — инопланетяне. Полагаю, аффтар тяготеет к ксенопорно, а что начал с садиконацисты — так это конъюнктурное. Маркетинговый ход. Впереди у аффтара Чужой по имени Иван с сотней тентаклей в причинном месте и, разумеется, глубоко разорванный скафандр Аэлиты, ее синее от удушья лицо в расколотом шлеме, а также рукоять бластера там, где данный аффтар предпочитает размещать рукояти.

В комментариях цитирование литературных находок продолжилось, вызывая необоримое восхищение. Были тут и «воткнувшиеся глазницы», и «аборигены с никотиновыми лицами», и «косметика пыталась компенсировать нехватку индивидуальных и половых признаков»… («Ну хоть не первичных?» — вопрошали у автора поста. Я так отвечу: не удивлюсь, если и вторичных. Только тогда, подозреваю, косметику пришлось бы накладывать на внутренние органы.)

Видать, тема странных форм, которые принимает литературная метафора в современной прозе, витает в воздухе. Авторы перестают понимать и даже ощущать, что они описывают и о чем пописывают. Мы, критики, предстаем перед такими авторами критиканами, «не видящими поэтики за грамматикой». Но позвольте, повторю я в энный раз, где тут поэтику найдешь? Поэтика предполагает умелое, даже виртуозное обращение со словом. Мастерски выстроенный образ. Точное сравнение одного объекта с другим, основанное на сходстве, возможно, неожиданном, между разными предметами со сходными свойствами. Словом, не свалка каких попало эпитетов с какими попало характеристиками в каких попало сочетаниях по принципу любимого Сетью писателя Аркашки: «Ибо ваистену!»

Френд вчера сказал по поводу поста, где сравнивалась изданная «боллитра» и фикоперские потуги: фикеры, мол, поплоше писателей, над писателями явно кто-то потрудился после сдачи рукописи. Дорогой друг! Если к тем членам с клыками, брызжущим приторным растворителем, прикасалась рука редактора, эти руки оторвать надо. Да вместе с головою. И пожалуй, не редактору, а сразу главреду. Ибо нефиг, ваистену.

поделиться:
  • Добавить ВКонтакте заметку об этой странице
  • Мой Мир
  • Facebook
  • Twitter
  • LiveJournal
  • Одноклассники
  • Blogger
  • RSS
  • Блог Li.ру

8 Сентябрь, 2019 в 8:00

Оставить комментарий:

Вы должны автоизоваться, чтобы оставить комментарий.