В начало... » Уголок гуманиста » Дао критика. Часть сорок первая: антилитературные вопросы


Прошлые посты затронули тему, которую лично я назвала бы не литературной, а антилитературной: каким образом писатель, чье произведение не отличается от прочего гумуса из жеваной резины, вдруг превращается в главную надежду русской словесности, а его писанина — в главную книгу года (месяца, недели, демисезонного периода, периода обострения)?

Недавно Елена Иваницкая задала тот же вопрос: «Пока я еще злая (в данном случае на книгу Слезкина), спрошу вот что. Как это технически делается? Почему о некоторых книгах некоторых авторов вдруг раздается дружный и дословный хор во всех СМИ: «Главная кни-и-ига! Главная книга зимы! Главная книга весны! Главная книга года! Главная книга года — и не только этого!!!» — но никто не дал ей ответа. Друзья и коллеги также были в недоумении и растерянности, строя предположения во всю ширь домыслов, от мзды за хвалебный отзыв до репрессий за отзыв негативный.

О денежном, в твердой валюте выплачиваемом вознаграждении хвалитику, скорее всего, и речи быть не может (разве что фигурантам на ставке выдается своеобычный гонорар), лишних денег на подобную фигню не потратит никто, будь оно хоть трижды «Эксмо» и четырежды Шубина. Личные связи и императивная рассылка с указанием ключевых слов для положительного отзыва, конечно, срабатывают: никому не хочется связываться с борделем доминатрис и со связями бордель-маман с кликой спонсоров.

Плюс используются, насколько мне известно, «случайные люди, на которых книга произвела глубокое впечатление». Работая с пиарщиками, я эти «случайные впечатления» насквозь вижу. Меня саму вечно на них подписать пытаются. «А у вас есть аккаунты в соцсетях? Мы всех приглашаем подписаться на наш сайт, а также написать на его страницах отзыв!» Надо ли рассказывать, как эти милые, добрые люди от меня потом разбегаются?

Однако система, работающая на топливе марки ОБС, «одна баба сказала», не может быть эффективной. Да, у нас если и верят чему, то это в первую очередь троллинг. Сколь ни смешно, а народ принимает за искреннее мнение топорную манипуляцию и не менее топорную провокацию объекта на агрессивный срыв. Хотя подобные вещи так же дёшевы, как и фальшивые панегирики. Один критик рассказывал мне, что всего за одну неделю написал пять отзывов на одно произведение в разные издания — причем три из них навалял под псевдонимами: в одном восхищался, в другом умеренно хвалил, в третьем недоумевал, в четвертом громил, в пятом, кажется, всё разом. Деньги нужны.

Это в дополнение к снегиревскому ясноглазому вранью, что, дескать, в бешенство можно приходить лишь искренне, не по заказу. Похоже, букероносный «писатель», «инженер душ» либо людей совсем не знает (включая тех, с кем непрерывно контактирует), либо врет, как дышит (свято веря, что «пипл» и не такое схавает). Уж и не знаю, что прекрасней.

Но вернемся к нашим баранам, заставляющим функционировать систему.

В экономике работает механизм, сходный с сарафанным радио, так называемый сетевой эффект: пользователь товара или услуги указывает на ценность оных для других пользователей, затем к распространению мнения подключаются всё новые осчастливленные и проч. Классическим примером проявления сетевого эффекта является телефонизация. Чем больше пользователей владеют телефонами, тем более ценным является участие в сети для каждого ее пользователя. Да, на девайсах эффект работает. А на «Гербалайфах» — нет.

Однако может ли подобное срабатывать в отношении культурных ценностей (или псевдокультурных, действующих как опознавательный знак для определенной социальной группы)? Почему-то шедевры, истинные, проверенные временем шедевры на современных потребителей подобного воздействия не оказывают. Видимо, потому, что шедевр требует умственных и духовных усилий для восприятия. Зато помахать фактом прочтения «новинок» перед тусовкой куда как проще — что в них воспринимать-то? «Очередная Вера слезть не хочет с хера»?..

Принцип охвата публики творениями «назначенных гениев» — вот что важно, а вовсе не выяснение, почему профессиональный критик и не подверженный зомбированию читатель не будут ни читать, ни воспринимать всерьез некоего литератора. Литератор (сферический и в вакууме), скорее всего, привык, что вокруг всё жучки да блондинки, блондинки да жучки, а также блондинки-жучки, в головах у них пустота. Друг литератора (тоже сферический) может объяснять публике и критикам, что им надобно увидеть сардоническую улыбку на аффтарском похмельном личике, дабы проникнуться божественной мудростью шизофазии, а то и глоссолалии. Отдельные заказные скандалы и бешенство в отведенных рамках не новы и не интересны. Не то что сам ПРИНЦИП их воздействия на толпу.

К тому же именно на сетевом эффекте построено растворение критики сетевым троллингом, так же, как растворение литературы обусловлено сетературно-фанфикерскими приемами. И ничего хорошего от воздействия данного эффекта на культуру ждать не приходится. Мы уже получили эротическое безумие и бешенство по заказу не ВМЕСТЕ, а ВМЕСТО критики.

Пиар-тактики противоположного рода:
а) предоставление публике шедевра (или чего-то на шедевр похожего), заслуживающего толики внимания читателя/зрителя;
б) клевание мозга, пока публика не обратит свой взор на некое существо, создавшее некий опус (прямо скажем, не стоящий и плевка в свою сторону) —
обе они похожи на противостояние между изощренным хакингом, когда пароль находится быстро и изобретательно, защита взламывается за минуты — и тупой долбежкой с лобовым подбором вариантов в течение нескольких часов. И пусть в результате защиту таки доломают, но с точки зрения специалиста подобное, конечно, не хакинг, а пародия на него. Разницу понимают немногие из дилетантов, а ведь она проста.

Лобовая долбежка приводит к деградации профессии. Из нее уходит всё, что делает профессию — профессией. Она превращается в испытание терпения для профанов и тупиц. А вместо умения, таланта и творчества в ней становится востребовано упорство. Ну и, как правило, дебилизм в легкой форме. Таким образом, в результате перехода с профессионального внедрения идеи на планомерное проклевывание черепа мы получили вместо критики самую незатейливую женскую истерику (вкупе с мужским вялым поддакиванием или отрицанием — что в общем-то одно и то же, поскольку и позитив, и негатив сей покупается и продается). Истерику восхваляющих и негодующих. Притом, что критиковать-то изначально нечего, можно лишь нагнетать кипение страстей вокруг пустого места, мыльного пузыря.

В рамках сложившейся ситуации профессионалам-литераторам остается лишь изумляться пиар-прессингу, который с каждым годом всё увеличивается. Скоро телефонные спамеры начнут звонить на городской и мобильный телефон с требованием купить ту или иную книжку. Ой, боюсь, зря я это сказала…

поделиться:
  • Добавить ВКонтакте заметку об этой странице
  • Мой Мир
  • Facebook
  • Twitter
  • LiveJournal
  • Одноклассники
  • Blogger
  • RSS
  • Блог Li.ру

18 Май, 2019 в 11:00

Оставить комментарий:

Вы должны автоизоваться, чтобы оставить комментарий.